ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ЗАСЕДАНИЕ — продолжение полного заседания
Присутствующие: члены утреннего заседания.
Председатель: A. Г. Даниельс.
A. Г. Даниельс: Вот документы, которые передал нам брат Конради. Они должны показать, как обстоят дела в этом Движении. Мы можем определить тех, которых вы не считаете членами вашего Движения. Первый документ написан Виком.
E. Дершлер: Он не принадлежал к этому Движению. Я имел привилегию быть в этом Движении с самого начала.
A. Г. Даниельс: Как обстоит дело со вторым документом Штоббе?
E. Дершлер: Да, он принадлежит нам. (Подтверждают, что номер 3 «Свидетельства для последней Церкви» принадлежит им.)
Небольшая брошюра, «Мир и настоящая истина», опять написана первым автором, Виком. Пятый документ, «Громкий клич» E. Гермса, снова подтверждается, что принадлежит им.
E. Дершлер: Я хотел бы дать краткое объяснение по этому. Некоторые очень неблагоразумные люди приходили к нам. Мы не могли сказать, что это были за люди, а они печатали брошюры, не спрашивая у комитета, потому что мы не были так организованы в начале.
A. Г. Даниельс: Когда вы начали организовываться?
E. Дершлер: Начиная с 1915 года. Также как в 1844 году потребовалось 10 лет, так и теперь мы можем сказать, что наша организация завершена.
A. Г. Даниельс: Гермс принадлежал к вам?
E. Дершлер: Короткое время. Мы сразу же замечали тех людей, когда они делали это за нашей спиной. [24]
Гермс также написал шестую брошюру, «Дополнение к Громкому кличу». Седьмая брошюра, «Последняя весть милости падшему миру», изданная в июле 1915 года, подтверждается, что принадлежит им без упоминания имени ее автора или места печати.
E. Дершлер: Это наша брошюра. Мы признаем, что совершили ошибку, не указав имя.
Восьмая брошюра, «Молитвенное чтение», также издана ими, как и следующая брошюра. Десятая брошюра, «Знамения времени» Хоссфельда, также подтверждается, что принадлежит им, с тем замечанием, что ее автор теперь исключен.
A. Г. Даниельс: Сколько уже прошло, как был исключен этот человек?
E. Дершлер: Теперь уже два года, как его исключили?
A. Г. Даниельс: Принадлежал ли он к Движению. Он опубликовал это, когда был с вами?
E. Дершлер: Здесь мы опять должны сказать, что это не было представлено комитету. Он сделал исчисления времени, с которыми мы не согласны.
Г. В. Шуберт: Кто был в комитете в то время?
E. Дершлер: Бр. Вельп и я. Я не могу назвать других, но Хоссфельд не был в комитете.
A. Г. Даниельс: Этот человек еще живет?
E. Дершлер: Да, он был нашим проповедником, но теперь он больше не проповедник.
П. Дринхаус: Кто распространял эту брошюру, если ее не писал ответственный человек?
E. Дершлер: Условия в то время были такие: поскольку мы были гонимы, то рассеялись повсюду, и она распространилась как будто мгновенно. Мы сказали, часть этой брошюры очень хорошая, но мы не согласны с исчислением времени.
Г. В. Шуберт: Вы изъяли это в каком-нибудь позднем произведении?
E. Дершлер: Да.
Г. В. Шуберт: Где?
Следующие брошюры, несколько номеров «Стража истины», подтверждаются, что изданы ими. Другая брошюра, номер 14, «Последний призыв предостережения» Гермса — также.
E. Дершлер: После того, как этот человек был исключен нами, он уже больше ничего не имеет с нами. [25]
A. Г. Даниельс: Вы говорите, что исключили его. Почему?
E. Дершлер: Поскольку он делал то, что было против нас.
A. Г. Даниельс: Каким образом вы исключили его?
E. Дершлер: Мы встретились вместе в комитете и представили это дело ему, но он не хотел осознать. Тогда мы сказали "Это уже не наше дело, а ваше". (sic)
Г. В. Шуберт: Разве не было никаких теневых денежных дел в связи с Гермсом?
E. Дершлер: Не у нас.
A. Г. Даниельс: Вы взяли человека на ваш комитет, указали ему на его учение и сказали, что он не разделяет вашу точку зрения, и что он не прав также в вопросе видений, которые он имел.
E. Дершлер: Мы вообще не верили тому с самого начала. Он написал ужасные обвинения против бр. Конради. Это неправильно.
A. Г. Даниельс: Он был горд и не принял ваш совет, и вы исключили его из церкви.
Следующая брошюра номер 15 — это ваша публикация в Голландии, также издана вами.
E. Дершлер: Да.
Г. В. Шуберт: У комитета спросили?
Следующая брошюра — это периодическое издание напечатана ими в Голландии и также принадлежит им.
17-ая брошюра — это протокол собрания работников от 29 сентября 1918 года, в котором повинность в медицинских частях называется "дьявольским служением". Она также издана ими.
Шпанкнобель: Я тогда присутствовал, и некоторые братья в комитете не разделяли эту точку зрения, но большинство проголосовало за нее. Немногим позже она была пересмотрена, то есть, была полностью изъята.
A. Г. Даниельс: Сделано ли это так, потому что записано в протоколе?
Шпанкнобель: Да.
Номер 18 — статья самого E. Дершлера, в которой он пишет, что мы завладели издательствами и миссионерскими учреждениями, но они являются их законными владельцами.
E. Дершлер: Я еще и сегодня придерживаюсь той точки зрения, что тем, кому были даны принципы, начиная с 1844 года, принадлежат издательства и [26] (другие учреждения), подобные Фриденсау, и т.д. Они принадлежат братьям, которые придерживаются их (принципов).
A. Г. Даниельс: Я хочу задать некоторые вопросы. Во-первых, утверждаете ли вы, что церковь взяла некоторые учреждения, которые принадлежат вам?
E. Дершлер: Поскольку они больше не отстаивают принципы.
A. Г. Даниельс: Вы считаете, что здешние собратья (поворачиваясь к нам) отступили от первоначальных принципов, и утверждаете, что организация, которую вы представляете, придерживается этих принципов, и поэтому учреждения переходят к вам.
E. Дершлер: Мы еще не получили ответы на наши вопросы. Это зависит от того, какой ответ дадут братья Генеральной Конференции.
A. Г. Даниельс: Я задаю вопросы только с целью ознакомления с вашей точкой зрения.
Л. Р. Конради: У вас это есть в заголовках писем и в газетах, что вы являетесь организацией, которая стоит еще с 1844 года.
A. Г. Даниельс: Хотите ли вы сохранить это имя?
E. Дершлер: Это зависит от ответов на вопросы, которые мы задали.
Следующая брошюра, «Всем адвентистам» Шамберга, признается ими.
E. Дершлер: Этот человек также принадлежал нам, но уже не брат. Он трудился для нас.
A. Г. Даниельс: Сколько он уже не с вами?
E. Дершлер: Полгода.
A. Г. Даниельс: Вы исключили его?
E. Дершлер: Также как Гермса.
A. Г. Даниельс: Где он теперь?
E. Дершлер: Он сапожник в Крефельде.
Следующая брошюра номер 19, «Знамения времени» Балбирера, содержащая исчисление времени до 1918 года, принадлежит им.
E. Дершлер: Этот человек находится здесь.
A. Г. Даниельс: Тот ли это человек, который обратился ко мне в Женеве?
E. Дершлер: Да. Бр. Даниельс теперь может убедиться, что он сожалеет об этом сегодня. Он написал это, не спрашивая нас. Но она не распространялась. Это индивидуальный вопрос.
Г. В. Шуберт: Этот документ распространялся в течение года в Южных немецких общинах.
Шпанкнобель: Это не правда. Я связался с этим братом, когда он провозглашал это. Я указал ему на его заблуждение. Комитет неоднократно увещевал его, и, таким образом, он имел время, чтобы распространять эти копии. Но когда ему было представлено решение, что он будет снят с работы, то оставил это.
A. Г. Даниельс: Все эти документы имели влияние на нашу работу. Он все еще принадлежит вашему Движению. Тот факт, что он раскаялся, не восстанавливает нанесенный ущерб.
E. Дершлер: Я хотел бы сказать немного об этом. Насколько я знаю правду, это происходило также и раньше, до 1914 года. (Я был в различных комитетах.) Те ущербы также не были хорошими.
Шпанкнобель: В то время я был в школе и отметил это сам.
Л. Р. Конради: Мысль возникла тогда у бр. Перингера, который работал в школе.
Следующей была их периодика «Страж истины». Были заданы некоторые вопросы относительно его издания.
E. Дершлер: Я печатаю его в Голландии, а бр. Вельп — в Германии. Мы полностью ответственны за эту периодику.
Номер 1, специальный выпуск 1919 года, показывает истинную и павшую церковь на первой странице.
A. Г. Даниельс: Ваше мнение, что эта картина (истинная церковь) представляет вашу организацию, а другая картина (павшая церковь) представляет нашу организацию?
E. Дершлер: Мы не знаем про Америку, стоят ли они на старых принципах или нет. Но в Германии, если они не изымут документы, посланные в Министерство Обороны, тогда мы представляем одну картину (указывает на верную церковь), а они — другую.
Шпанкнобель: Когда мы выпустили это, то другие люди, которых мы не знали, поднялись и говорили то же самое. Как в Швейцарии; мы не знали того человека.
E. Дершлер: И еще немного. Несколько месяцев назад мы получили письмо из Америки от бр. Миллера, который там занимает руководящий пост; он целиком и полностью разделяет наши взгляды.
A. Г. Даниельс: Я знаю бр. Миллера. [28]
E. Дершлер: Есть брошюры из Австралии. Номер 23 и 24 этих брошюр были также изданы ими.
Шпанкнобель: Мы хотели пробудить народ, чтобы он занял свою позицию по этим вопросам. Это, возможно, не был правильный путь, но мы действовали из наших лучших побуждений.
A. Г. Даниельс: В последних изданиях вы напечатали письмо бр. Миллера. Вы знаете его?
E. Дершлер: Нет.
A. Г. Даниельс: Предположим, что он не совсем искренний человек.
E. Дершлер: В этом письме мы увидели, что он также желает реформации в адвентистском народе, и мы понимаем также, но мы не можем судить, искренний он человек или нет. Но поскольку он занимает руководящий пост, потому что когда он писал, то был в руководстве поля, поэтому мы предположили, что он... (не заканчивает предложение).
A. Г. Даниельс: Предположим, поскольку Гермс занял позицию против вас, вы исключили его, вы также отвергли Вика. Предположим, что кто-то приходит и говорит, что вы не должны принимать их свидетельство, потому что они — не искренние люди. Тогда вы приходите и говорите нам что-нибудь о характере этих людей. Конечно же, вы не хотите, чтобы мы проглотили их слова прежде, чем вы сообщите нам, что это за люди. Не думаете ли вы также, что должны быть осторожны в переводе таких вещей, пока не проверите их? Если бы вы обратились к нам, то мы рассказали бы вам немного об этом человеке. В то время я должен был пожертвовать целым днем из-за трудностей, которые он причинил комитету. Он не имеет руководящего поста в поле, он был только проповедником в Чикаго, но он причинил столь много неприятностей, что мы вызвали его на комитет. В большинстве случаев мы не поступали так, как вы, и мы не исключили его. Мы хотели дать ему испытательный срок, взять его из Чикаго и дать ему дальнейшую возможность в другом городе.
M. E. Керн: И этот человек столь много выступал в пользу Немецкой армии, что мы опасались, что Американские власти посадят его в тюрьму.
E. Дершлер: Мы не хотим говорить больше об этом. Нам жаль, что мы напечатали это так быстро и будем более осмотрительны в будущем.
A. Г. Даниельс: Я это и предполагал.
E. Дершлер: Он лгал. Он писал, что имеет руководящий пост.
A. Г. Даниельс: Он воображает, что имеет высокий пост. Он сам себя поставил на такой пост в своем уме. [29]
E. Дершлер: Подобное происходило со многими в этом Движении, а все обвиняли нас.
П. Дринхаус: Но также здесь возникла трудность, а трудности имеют свои последствия, потому что брошюры с ложными заявлениями распространялись тысячами.
A. Г. Даниельс: Я думаю, что понимаю ситуацию.
Конец собрания.